Восхождение
Сегодня я была на службе у о. Константина в Троицком соборе. Для меня это всегда событие, потому как собираюсь долго и сосредоточенно. Зато и результат. Служба каждый раз потрясает, как впервые, а проповедь удивительным образом ложится на душу. Сегодня батюшка говорил об Иоанне Крестителе. Разбирал ту фразу из Евангелия от Матфея, когда на сидящего в застенке Иоанна напало смущение и он послал своих учеников спросить у Иисуса, тот ли Он, Кого ждали, или ждать другого? И батюшка объяснил, что Христос с нами не в эффектных событиях, схождении с Небес и ярких чудесах, Он с нами в любви, в мимолетном прикосновении, в улыбке незнакомца. И меня накрыло воспоминание о четком ощущении Богоприсутствия в моей жизни.
Это было давно, уже десять лет назад. Мы с друзьями поехали в Шарм-эль-Шейх отдыхать. Отдыхали, купались, загорали. И ничего я не знала про гору Синай, кроме как из исторических экскурсов. И вдруг предложение: совершить восхождение на нее. Правда, и ехать далеко надо, и подниматься, говорят, трудно, и холодно ночью там. Но зато, говорят, есть такое предание: кто встретит рассвет на горе Синай, тому простятся все грехи его… Гора Синай – это гора Моисея, там Господь разговаривал с ним из куста Неопалимой Купины, там Моисей получил Заповеди…
И меня понесло… До этого момента мне казалось, что я так погрязла в грехах, что выбраться мне из этой трясины уже невозможно. А тут вдруг шанс – протяни руку и спасешься. Оказывается, можно не только валяться в грязи и блевотине, но и попытаться встать и начать восхождение. Пусть пока буквально, но ведь, оказывается, все возможно у Бога. Почему-то в это я поверила сразу и безоговорочно.
Мы решились на восхождение. Нас шестеро. Мы с мужем и сыном. Моя университетская подружка с мужем, кстати, альпинистом, и сыном. Поздно вечером автобус увез нас к подножью горы Синай. Наш гид, очень смешной араб, который плохо знает по-русски, пытался что-то рассказать, говорил о божественном, но все свелось к объяснению, что на этой горе Бог объявил Моисею, как нам бороться с евреями… И смех, и грех…
Ночное восхождение… Именно ночных фотографий у меня нет. Так что отсылаю к альбому о. Константина: Священный Синай. Его фотографии безупречны. Я смотрела на них и видела, как мы медленно идем вверх, упорно, стараясь ровно дышать, не захлебываться от усталости. И вот ночь. Полная луна. Черные громады скал, песок, тоже черный. Мы пошли вверх. Узкая дорога вдоль тела горы. С каждым отрезком мы поднимаемся все выше. Вниз лучше не смотреть. Усталость наваливается сразу, тяжелеют ноги, не поднимаются, рукам неудобно нести фонарики, глаза не хотят привыкать к их неверному свету. Кстати, наш альпинист сказал, что лучше фонарики не зажигать, тогда идти легче. И он же отсоветовал пить воду на стоянках бедуинов. Чтобы не сбивать дыхание. Чернота. Острые зубцы скал. Камни, выскальзывающие из-под ног. И фантастическое звездное небо… Цепочка карабкающихся людей бесконечна. Она разноязыка. Шевелится, шуршит, ползет. Иногда вспыхивают светлячки-фонарики. Холод. Какой-то космический холод. Очередной поворот, дорога в виде серпантина. Не дорога, тропа. И вот эта тропа закончилась. Вверх идут плиты-ступени. Наша группа поднимается одной из последних. Время подъема до вершины примерно 2,5 часа. Это довольно быстрое движение, высота – 2228 м. Это уже прилично даже по альпинистским меркам. И вот начались ступени… Конечно, весьма приблизительно их можно так назвать. Просто камни разной высоты, поэтому шагать вверх не очень удобно, сбивается дыхание… Может быть, было бы лучше, если бы их не было. Равномерный шаг не удержать. Дышишь через рот, со свистом. Тяжело. Но идем. Друзья отстали. Осталось каких-нибудь 300 метров, но, как на настоящей вершине, эти метры даются с трудом. Долго, изнурительно долго длится подъем. На фоне горных провалов – силуэты верблюдов. Это предприимчивые бедуины продают услугу на подъем. Если нет сил идти – садись на верблюда. Но ведь смысл в том, чтобы идти пешком, самому. Ведь и очиститься тебе нужно самому. Люди идут по-разному. Один мальчишка из нашей группы отказался идти. Все-таки тяжело. А мы упорно поднимаемся. Темно .Страшно. Кругом чернеют провалы. Народу очень много. Его становится все больше. Люди идут вверх. Говор на всех языках мира! Очень холодно. Бедуины дают напрокат одеяла, но за деньги.

И вот головокружительные удары ветра! Не могу поверить : мы дошли! Мы на вершине! Ветер пытается спихнуть в пропасть. Космический холод и одиночество среди толпы.

Костя, сын, взобрался на высокий камень и смотрит на розовеющую полоску восхода. Мне к краю не пробраться, да я и боюсь, только бы не смотреть вниз… Тут подскакивают Витя , друг–альпинист с Родиком, сыном. Оказывается, по ступеням Наташа, подружка, не пошла, осталась. (Потом рассказывала, что не смогла дышать. Бронхиальный спазм.) Витя пошел разведать обстановку и увел нас за выступ с колоколом. Там было мало народу и можно было подойти к самому краю. Некоторые ждали рассвета в спальных мешках. Наверное, они пришли еще вечером. И вот что здорово: холодно, ветер, но люди какие-то открытые, веселые, доброжелательные. Просто Братство Горы какое-то!


И тут, за облаком, похожим на лежащего верблюда, свечения стало больше. Оно, свечение, набухало, увеличивалось на глазах. Появилась сверкающая корона. И плавно, медленно, по-царски выкатилось солнце…


Что тут началось! Все прыгали, радовались! Витя бросился целоваться, такой счастливый был наш альпинист! Гора! И все кинулись фотографировать. Загадывали желания. Все-таки,по ощущению это правда: если встретить рассвет на горе Моисея, то Бог отпускает твои предыдущие грехи. Ты так чувствуешь! Все – не все, но Он дает тебе шанс. Я об этом молилась тихонько. Конечно, главное – свою греховность осознать и постараться что-то изменить в своей жизни. По крайней мере, в моей душе перелом произошел здесь, на вершине, под лучами утреннего солнца. Как будто Господь коснулся ласковой рукой моей щеки и сказал: «Подумай, что для тебя важнее. Теперь ты знаешь. И жить так, как раньше, невозможно».
Вот оно, то самое маленькое чудо, о котором говорил в своей проповеди о. Константин. Главное, не пропустить. Увидеть. Мне повезло. Я «поймала момент». Вернее, наверное, душа была готова и все так удачно наложилось. И если мы говорим, что случайностей в нашем мире не бывает, все от Господа, то не случайны и дальнейшие события: сопоставила даты знаковых событий и получилось, что уже следующей весной в нашей жизни появилась Людмила Львовна и начались эти чудесные поездки по Северо-Западу, началось наше медленное воцерковление. Слава Богу за всё!

Солнце взошло.Мы начали спускаться.


Вниз тек разноцветный и разноязыкий поток, довольно мощный, народу было много. Мы шли к монастырю св. Екатерины. Идти вниз, конечно, легче. Но ноги дрожали от напряжения.


С каждой минутой становилось все теплее. Внизу нас опять встретила пустыня. Монастырь – оазис. Впервые я увидела костницу, наглядное представление о Вечности. Фотографий внутри я сделать не смогла. Так что опять отсылаю к замечательному фотоочерку о. Константина Священный Синай. А меня поразила Неопалимая Купина. Это Тот Самый Куст! Только задумайтесь…Очень хотелось оторвать веточку, но не посмела. И вот опять маленькое чудо: спустя несколько лет в часовне во имя Серафима Вырицкого в Апраксином дворе у батюшки о. Валентина я обнаружила этот цветок. Ему привезли паломники из монастыря. И он отщипнул мне веточку. Теперь, Слава Богу, у меня дома живет этот уникальный цветок.
Спустились мы к монастырю, обошли его. Сели отдохнуть.

Он, монастырь, конечно, хорош и «древен», но такая тьма народу! Теряются все ощущения. Монахи в черных рясах и клобуках, но не поговорить. И им это утомительно. Пыльный двор, жара.


Неопалимая Купина спускается по каменной стене… Вечность.
Сегодня я была на службе у о. Константина в Троицком соборе. Для меня это всегда событие, потому как собираюсь долго и сосредоточенно. Зато и результат. Служба каждый раз потрясает, как впервые, а проповедь удивительным образом ложится на душу. Сегодня батюшка говорил об Иоанне Крестителе. Разбирал ту фразу из Евангелия от Матфея, когда на сидящего в застенке Иоанна напало смущение и он послал своих учеников спросить у Иисуса, тот ли Он, Кого ждали, или ждать другого? И батюшка объяснил, что Христос с нами не в эффектных событиях, схождении с Небес и ярких чудесах, Он с нами в любви, в мимолетном прикосновении, в улыбке незнакомца. И меня накрыло воспоминание о четком ощущении Богоприсутствия в моей жизни.
Это было давно, уже десять лет назад. Мы с друзьями поехали в Шарм-эль-Шейх отдыхать. Отдыхали, купались, загорали. И ничего я не знала про гору Синай, кроме как из исторических экскурсов. И вдруг предложение: совершить восхождение на нее. Правда, и ехать далеко надо, и подниматься, говорят, трудно, и холодно ночью там. Но зато, говорят, есть такое предание: кто встретит рассвет на горе Синай, тому простятся все грехи его… Гора Синай – это гора Моисея, там Господь разговаривал с ним из куста Неопалимой Купины, там Моисей получил Заповеди…
И меня понесло… До этого момента мне казалось, что я так погрязла в грехах, что выбраться мне из этой трясины уже невозможно. А тут вдруг шанс – протяни руку и спасешься. Оказывается, можно не только валяться в грязи и блевотине, но и попытаться встать и начать восхождение. Пусть пока буквально, но ведь, оказывается, все возможно у Бога. Почему-то в это я поверила сразу и безоговорочно.
Мы решились на восхождение. Нас шестеро. Мы с мужем и сыном. Моя университетская подружка с мужем, кстати, альпинистом, и сыном. Поздно вечером автобус увез нас к подножью горы Синай. Наш гид, очень смешной араб, который плохо знает по-русски, пытался что-то рассказать, говорил о божественном, но все свелось к объяснению, что на этой горе Бог объявил Моисею, как нам бороться с евреями… И смех, и грех…
Ночное восхождение… Именно ночных фотографий у меня нет. Так что отсылаю к альбому о. Константина: Священный Синай. Его фотографии безупречны. Я смотрела на них и видела, как мы медленно идем вверх, упорно, стараясь ровно дышать, не захлебываться от усталости. И вот ночь. Полная луна. Черные громады скал, песок, тоже черный. Мы пошли вверх. Узкая дорога вдоль тела горы. С каждым отрезком мы поднимаемся все выше. Вниз лучше не смотреть. Усталость наваливается сразу, тяжелеют ноги, не поднимаются, рукам неудобно нести фонарики, глаза не хотят привыкать к их неверному свету. Кстати, наш альпинист сказал, что лучше фонарики не зажигать, тогда идти легче. И он же отсоветовал пить воду на стоянках бедуинов. Чтобы не сбивать дыхание. Чернота. Острые зубцы скал. Камни, выскальзывающие из-под ног. И фантастическое звездное небо… Цепочка карабкающихся людей бесконечна. Она разноязыка. Шевелится, шуршит, ползет. Иногда вспыхивают светлячки-фонарики. Холод. Какой-то космический холод. Очередной поворот, дорога в виде серпантина. Не дорога, тропа. И вот эта тропа закончилась. Вверх идут плиты-ступени. Наша группа поднимается одной из последних. Время подъема до вершины примерно 2,5 часа. Это довольно быстрое движение, высота – 2228 м. Это уже прилично даже по альпинистским меркам. И вот начались ступени… Конечно, весьма приблизительно их можно так назвать. Просто камни разной высоты, поэтому шагать вверх не очень удобно, сбивается дыхание… Может быть, было бы лучше, если бы их не было. Равномерный шаг не удержать. Дышишь через рот, со свистом. Тяжело. Но идем. Друзья отстали. Осталось каких-нибудь 300 метров, но, как на настоящей вершине, эти метры даются с трудом. Долго, изнурительно долго длится подъем. На фоне горных провалов – силуэты верблюдов. Это предприимчивые бедуины продают услугу на подъем. Если нет сил идти – садись на верблюда. Но ведь смысл в том, чтобы идти пешком, самому. Ведь и очиститься тебе нужно самому. Люди идут по-разному. Один мальчишка из нашей группы отказался идти. Все-таки тяжело. А мы упорно поднимаемся. Темно .Страшно. Кругом чернеют провалы. Народу очень много. Его становится все больше. Люди идут вверх. Говор на всех языках мира! Очень холодно. Бедуины дают напрокат одеяла, но за деньги.

И вот головокружительные удары ветра! Не могу поверить : мы дошли! Мы на вершине! Ветер пытается спихнуть в пропасть. Космический холод и одиночество среди толпы.

Костя, сын, взобрался на высокий камень и смотрит на розовеющую полоску восхода. Мне к краю не пробраться, да я и боюсь, только бы не смотреть вниз… Тут подскакивают Витя , друг–альпинист с Родиком, сыном. Оказывается, по ступеням Наташа, подружка, не пошла, осталась. (Потом рассказывала, что не смогла дышать. Бронхиальный спазм.) Витя пошел разведать обстановку и увел нас за выступ с колоколом. Там было мало народу и можно было подойти к самому краю. Некоторые ждали рассвета в спальных мешках. Наверное, они пришли еще вечером. И вот что здорово: холодно, ветер, но люди какие-то открытые, веселые, доброжелательные. Просто Братство Горы какое-то!


И тут, за облаком, похожим на лежащего верблюда, свечения стало больше. Оно, свечение, набухало, увеличивалось на глазах. Появилась сверкающая корона. И плавно, медленно, по-царски выкатилось солнце…


Что тут началось! Все прыгали, радовались! Витя бросился целоваться, такой счастливый был наш альпинист! Гора! И все кинулись фотографировать. Загадывали желания. Все-таки,по ощущению это правда: если встретить рассвет на горе Моисея, то Бог отпускает твои предыдущие грехи. Ты так чувствуешь! Все – не все, но Он дает тебе шанс. Я об этом молилась тихонько. Конечно, главное – свою греховность осознать и постараться что-то изменить в своей жизни. По крайней мере, в моей душе перелом произошел здесь, на вершине, под лучами утреннего солнца. Как будто Господь коснулся ласковой рукой моей щеки и сказал: «Подумай, что для тебя важнее. Теперь ты знаешь. И жить так, как раньше, невозможно».
Вот оно, то самое маленькое чудо, о котором говорил в своей проповеди о. Константин. Главное, не пропустить. Увидеть. Мне повезло. Я «поймала момент». Вернее, наверное, душа была готова и все так удачно наложилось. И если мы говорим, что случайностей в нашем мире не бывает, все от Господа, то не случайны и дальнейшие события: сопоставила даты знаковых событий и получилось, что уже следующей весной в нашей жизни появилась Людмила Львовна и начались эти чудесные поездки по Северо-Западу, началось наше медленное воцерковление. Слава Богу за всё!

Солнце взошло.Мы начали спускаться.


Вниз тек разноцветный и разноязыкий поток, довольно мощный, народу было много. Мы шли к монастырю св. Екатерины. Идти вниз, конечно, легче. Но ноги дрожали от напряжения.


С каждой минутой становилось все теплее. Внизу нас опять встретила пустыня. Монастырь – оазис. Впервые я увидела костницу, наглядное представление о Вечности. Фотографий внутри я сделать не смогла. Так что опять отсылаю к замечательному фотоочерку о. Константина Священный Синай. А меня поразила Неопалимая Купина. Это Тот Самый Куст! Только задумайтесь…Очень хотелось оторвать веточку, но не посмела. И вот опять маленькое чудо: спустя несколько лет в часовне во имя Серафима Вырицкого в Апраксином дворе у батюшки о. Валентина я обнаружила этот цветок. Ему привезли паломники из монастыря. И он отщипнул мне веточку. Теперь, Слава Богу, у меня дома живет этот уникальный цветок.
Спустились мы к монастырю, обошли его. Сели отдохнуть.

Он, монастырь, конечно, хорош и «древен», но такая тьма народу! Теряются все ощущения. Монахи в черных рясах и клобуках, но не поговорить. И им это утомительно. Пыльный двор, жара.


Неопалимая Купина спускается по каменной стене… Вечность.