Дыми. Сенно. Женский скит
Этот долгий июльский день еще не закончился. Мы шли от Святого озера к Троицкому храму, кстати, сам Преподобный завещал, чтобы люди сначала совершали омовение, а потом уже двигались к нему, но меня все будоражила непродуманная до конца мысль: а почему здесь? Почему именно это место? И только потом, дома, просматривая в поисках объяснения избрания места для будущего монастыря фотоальбом Леушинского подворья «Антониево-Дымский монастырь» (сост. о. Геннадий Беловолов; http://www.novodev.narod.ru/dymsky/dymsky.html), нашла очень интересную ссылку на одного писателя века уже позапрошлого, Александра Башуцкого, выпускника Пажеского корпуса и адъютанта самого Милорадовича:
Когда великий ученик знаменитого Варлаама Хутынского, Антоний, проименованный впоследствии Дымским, совершая в 1243 году то, что обыкновенно начертывают в святых его изображениях на держимой им в руках хартии: «Се удалихся, бегая и водворихся в пустыни, чая Бога спасающего мя», когда в высоком, благодатном настроении сем, движимый Духом, скитаясь по лесной пустыне, он вышел на эту поляну, взошел на возвышающуюся холмом середину ее, и взором, просветленным от света внутреннего, взглянул кругом на необозримую глубину бегущих во все стороны лесов, как бы соединяющихся на горизонте с небом: на спокойно улегшуюся в этом безлюдном месте вышину поляны, пологий откос, который ласкают тихо плещущиеся об него волны пустынного, темного, спокойного озера, отражающего в себе лишь тот же лес с тем же куполом неба, когда Антоний заслышал эту тишь, не нарушаемую никаким гулом человеческих забот, - он не мог не избрать этого места, превосходно отделенного своим положением и природою от всякой молвы, попечений и печалей века. Оно создано как бы нарочно для пустынных, одним Богом охраняемых, непонятных и недоступных миру подвигов дивного, святого, духовного созерцания.
Потрясающе сказано!
И еще одно добавление: форма часовни и нынешняя, каменная, и прежняя, деревянная, совпадают. Это не случайно, потому что собою они повторяют форму железной шапки, шелома, который постоянно носил Преподобный, чтобы усмирять свою плоть и ни на минуту не забывать о страданиях Господа нашего Иисуса Христа: в основание шапки были вделаны гвозди, которые безжалостно впивались в голову святого. Этот добровольный мученический венец хранился в церкви при мощах, но во время татарского разорения был утрачен. Монахи спрятали его в воде, а нашли ли? Один Бог знает. Говорят, что нашли. И шапка многим помогала при головных болезнях, но при Советах исчезла вновь и пока не обретена. Три раза монастырь разрушали до основания: татары, шведы и русские на броневике. Три раза он восставал из пепла по молитвам Преподобного. Бог даст, этот третий раз будет уже окончательным.
После монастыря мы поехали в Свято-Троицкий женский скит в деревне Сенно. Сегодня он относится к Тихвинскому Введенскому женскому монастырю.

Вот, первое, что ты видишь, подъезжая к скиту. Обычно, внутри самого скита фотографировать не разрешают. Но матушка в Троицкой церкви позволила. И я сделала несколько снимков.

Троицкая церковь. Взывает о помощи. Каменный храм во имя Святой Троицы строился и перестраивался на пожертвования крестьян и благодетелей. Одним из них был и св. праведный Иоанн Кронштадтский. И сегодня храм тоже ждет благодетелей, по-современному, спонсоров. Если кто сможет чем помочь, то сестры будут очень благодарны. Настоятельница матушка Тавифа сейчас больше времени проводит в Тихвинском Введенском монастыре. Он им достался в виде голых стен, развалин. А ведь это очень известный монастырь с потрясающей историей.





Мы выходим из храма и видим могилу с крестом. Возможно, именно здесь упокоился настоятель церкви, священномученик Василий Канделябров, убитый в 1937 г. Он был канонизирован в 2000 г. В церкви хранится его небольшая икона. И уже совершаются исцеления по молитве перед образом. Сам святой источник, который назвали во имя Николая Чудотворца, открылся недавно, в 1999 г., стараниями и по молитвам матушки Тавифы, настоятельницы скита. И открылся он под уклоном, на котором располагался дом пресвитера. Вдоль дороги к источнику еще можно увидеть одичавшие вишни и яблони из сада священника.

Здесь живут сестры.

По этой дорожке уже начинается путь к источнику.
Калитка с крестом, как игольное ушко, через которое нужно себя продеть, смиряясь и поклоняясь Кресту. И только потом, выпрямившись, идти вдоль лесной дорожки.


Мостик появился недавно, в прошлом году его еще не было. И перебираться по доске через ручей по скользким глинистым берегам было трудно и опасно, особенно в дождливую погоду.

А потом идешь вдоль чудесного поля. И травы колосятся, и жаркое марево дрожит в воздухе. Звенят комары, и стрекочут кузнечики. Пчелы наслаждаются цветущим репейником. И мы тоже.





И вот на уклоне, слева, возле кустов, мы видим коричневый деревянный крест. Здесь стоял дом протоиерея Василия Канделяброва. А внизу под ним откроется и источник.





Вода здесь замечательная. Около 4 град. Купель неглубокая, так что придется встать на колени, чтобы окунуться с головой. Но это как раз и необходимо, потому что намоленная вода помогает от головных проблем: уходит депрессия, дурные бесовские мысли, проходит мигрень , тоска и смятение. Ее можно набрать и с собой. И хорошо бы принести немного воды сестрам: им ходить тяжело.
Состояние радости и любви к окружающему миру охватывает тебя после купания. О свежести и бодрости я уж не говорю.


Мы идем назад, глаза сами тянутся к небу, и в его бездонной глубине мы видим символ спасения.
Этот долгий июльский день еще не закончился. Мы шли от Святого озера к Троицкому храму, кстати, сам Преподобный завещал, чтобы люди сначала совершали омовение, а потом уже двигались к нему, но меня все будоражила непродуманная до конца мысль: а почему здесь? Почему именно это место? И только потом, дома, просматривая в поисках объяснения избрания места для будущего монастыря фотоальбом Леушинского подворья «Антониево-Дымский монастырь» (сост. о. Геннадий Беловолов; http://www.novodev.narod.ru/dymsky/dymsky.html), нашла очень интересную ссылку на одного писателя века уже позапрошлого, Александра Башуцкого, выпускника Пажеского корпуса и адъютанта самого Милорадовича:
Когда великий ученик знаменитого Варлаама Хутынского, Антоний, проименованный впоследствии Дымским, совершая в 1243 году то, что обыкновенно начертывают в святых его изображениях на держимой им в руках хартии: «Се удалихся, бегая и водворихся в пустыни, чая Бога спасающего мя», когда в высоком, благодатном настроении сем, движимый Духом, скитаясь по лесной пустыне, он вышел на эту поляну, взошел на возвышающуюся холмом середину ее, и взором, просветленным от света внутреннего, взглянул кругом на необозримую глубину бегущих во все стороны лесов, как бы соединяющихся на горизонте с небом: на спокойно улегшуюся в этом безлюдном месте вышину поляны, пологий откос, который ласкают тихо плещущиеся об него волны пустынного, темного, спокойного озера, отражающего в себе лишь тот же лес с тем же куполом неба, когда Антоний заслышал эту тишь, не нарушаемую никаким гулом человеческих забот, - он не мог не избрать этого места, превосходно отделенного своим положением и природою от всякой молвы, попечений и печалей века. Оно создано как бы нарочно для пустынных, одним Богом охраняемых, непонятных и недоступных миру подвигов дивного, святого, духовного созерцания.
Потрясающе сказано!
И еще одно добавление: форма часовни и нынешняя, каменная, и прежняя, деревянная, совпадают. Это не случайно, потому что собою они повторяют форму железной шапки, шелома, который постоянно носил Преподобный, чтобы усмирять свою плоть и ни на минуту не забывать о страданиях Господа нашего Иисуса Христа: в основание шапки были вделаны гвозди, которые безжалостно впивались в голову святого. Этот добровольный мученический венец хранился в церкви при мощах, но во время татарского разорения был утрачен. Монахи спрятали его в воде, а нашли ли? Один Бог знает. Говорят, что нашли. И шапка многим помогала при головных болезнях, но при Советах исчезла вновь и пока не обретена. Три раза монастырь разрушали до основания: татары, шведы и русские на броневике. Три раза он восставал из пепла по молитвам Преподобного. Бог даст, этот третий раз будет уже окончательным.
После монастыря мы поехали в Свято-Троицкий женский скит в деревне Сенно. Сегодня он относится к Тихвинскому Введенскому женскому монастырю.

Вот, первое, что ты видишь, подъезжая к скиту. Обычно, внутри самого скита фотографировать не разрешают. Но матушка в Троицкой церкви позволила. И я сделала несколько снимков.

Троицкая церковь. Взывает о помощи. Каменный храм во имя Святой Троицы строился и перестраивался на пожертвования крестьян и благодетелей. Одним из них был и св. праведный Иоанн Кронштадтский. И сегодня храм тоже ждет благодетелей, по-современному, спонсоров. Если кто сможет чем помочь, то сестры будут очень благодарны. Настоятельница матушка Тавифа сейчас больше времени проводит в Тихвинском Введенском монастыре. Он им достался в виде голых стен, развалин. А ведь это очень известный монастырь с потрясающей историей.





Мы выходим из храма и видим могилу с крестом. Возможно, именно здесь упокоился настоятель церкви, священномученик Василий Канделябров, убитый в 1937 г. Он был канонизирован в 2000 г. В церкви хранится его небольшая икона. И уже совершаются исцеления по молитве перед образом. Сам святой источник, который назвали во имя Николая Чудотворца, открылся недавно, в 1999 г., стараниями и по молитвам матушки Тавифы, настоятельницы скита. И открылся он под уклоном, на котором располагался дом пресвитера. Вдоль дороги к источнику еще можно увидеть одичавшие вишни и яблони из сада священника.

Здесь живут сестры.

По этой дорожке уже начинается путь к источнику.
Калитка с крестом, как игольное ушко, через которое нужно себя продеть, смиряясь и поклоняясь Кресту. И только потом, выпрямившись, идти вдоль лесной дорожки.


Мостик появился недавно, в прошлом году его еще не было. И перебираться по доске через ручей по скользким глинистым берегам было трудно и опасно, особенно в дождливую погоду.

А потом идешь вдоль чудесного поля. И травы колосятся, и жаркое марево дрожит в воздухе. Звенят комары, и стрекочут кузнечики. Пчелы наслаждаются цветущим репейником. И мы тоже.





И вот на уклоне, слева, возле кустов, мы видим коричневый деревянный крест. Здесь стоял дом протоиерея Василия Канделяброва. А внизу под ним откроется и источник.





Вода здесь замечательная. Около 4 град. Купель неглубокая, так что придется встать на колени, чтобы окунуться с головой. Но это как раз и необходимо, потому что намоленная вода помогает от головных проблем: уходит депрессия, дурные бесовские мысли, проходит мигрень , тоска и смятение. Ее можно набрать и с собой. И хорошо бы принести немного воды сестрам: им ходить тяжело.
Состояние радости и любви к окружающему миру охватывает тебя после купания. О свежести и бодрости я уж не говорю.


Мы идем назад, глаза сами тянутся к небу, и в его бездонной глубине мы видим символ спасения.