Тайной Силой...
Я прекрасно понимаю, что снова писать сейчас о Дивееве не ко времени и даже, может быть, почти впустую, потому что у всех мысли устремлены уже к грядущему Богоявлению. Я бы и не возвращалась к этой теме, если бы не событие, которое произошло не далее, как в воскресенье, в день памяти преподобного Серафима Саровского. А дело было так:
За неделю до Нового года мне принесли почитать «Несвятые святые», и, наверное, последней из читателей этого блога
я взялась за эту по-хорошему нашумевшую книгу. Но читала, конечно, урывками: дел было очень много. До отъезда в паломничество дочитала примерно до середины, с собой же брать ее не стала – и тяжелая, и по опыту знаю, что в таких поездках не до чтения: дай Бог душе вместить то, что видишь и слышишь...
И вот 15-го днем я беру книгу – и она открывается... на развороте, где слева – такой знакомый силуэт колокольни, только обезглавленной, главки храма без крестов, и внизу надпись: «Дивеевский монастырь в 80-х годах»; а справа – название главы: «О самой прекрасной службе в моей жизни». А что за день был 15 января? День памяти преподобного Серафима, Саровского чудотворца.
«Опять у нее чудо!» – скажет кто-то. Ну что ж я могу поделать, если именно так и было. И, когда первый шок прошел, я стала думать, для чего же оно явлено, что за ним стоит. И, прочтя то, что сейчас процитирую, поняла...
«В советское время не было, пожалуй, более ужасающего символа разорения Русской Церкви, чем Дивеевский монастырь.
Эта обитель, основанная преподобным Серафимом Саровским, была превращена в страшные руины. Они возвышались над убогим советским райцентром, в который превратили некогда славный и радостный город Дивеево. Власти не стали уничтожать монастырь до конца. Они оставили развалины как мемориал своей победы, памятник вечного порабощения Церкви. У святых врат обители был водружен памятник вождю революции. С воздетой к небу рукой он встречал каждого приходящего в разоренный монастырь.
Все здесь говорило о том, что к прошлому возврата нет. Столь любимые всей православной Россией пророчества преподобного Серафима о великой судьбе Дивеевского монастыря, казалось, были навсегда попраны и осмеяны. нигде, ни в ближних, ни в дальних окрестностях Дивеева действующих храмов не осталось и в помине – все были разорены. А в некогда прославленном Саровском монастыре и в городе вокруг него располагался один из самых секретных и охраняемых объектов Советского Союза под названием "Арзамас-16". Здесь создавалось ядерное оружие».
Но вернемся к названию главы: «О самой прекрасной службе в моей жизни». В глухие советские 80-е автор, тогда еще послушник, сопровождает архимандрита Вонифатия в его поездке в Дивеево с целью причастить «старых монахинь, последних доживших до наших дней со времен еще той, дореволюционной обители». Вот что пишет архим. Тихон (Шевкунов) далее:
«Уже смеркалось, когда мы приближались к цели нашей поездки. За окном автомобиля в вихрях февральской вьюги я с волнением различал высокую колокольню без купола и остовы разрушенных храмов. Несмотря на столь скорбную картину я был поражен необыкновенной мощью и тайной силой этой великой обители. А еще – мыслью о том, что Дивеевский монастырь не погиб, но живет своей непостижимой для мира сокровенной жизнью.
Так и оказалось: в захудалой избе на окраине Дивеева я встретил такое, чего не мог вообразить даже в самых светлых мечтах. Я увидел Церковь, всегда побеждающую и несломленную, юную и радующуюся о своем Боге – Промыслителе и Спасителе. Именно здесь я начал пони мать великую силу дерзновенных слов апостола Павла: «Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе!
И еще: на самой прекрасной и незабываемой церковной службе в моей жизни я побывал не где-нибудь в великолепном кафедральном соборе, не в прославленном своей седой древностью храме , а в райцентре Дивееве, в доме № 16 по улице Лесной.
Точнее, это был даже не дом, а старая банька, приспособленная под жилье».
Вот для чего! И вы, я думаю, тоже поняли, для чего эта замечательная книга открылась именно в тот день и именно на этих страницах: чтобы те замечательные храмы, которые так радуют глаз сегодня, всем своим великолепием свидетельствовали нам о Тайной Силе, в них жившей и их возродившей.
Ну, а теперь хочу снова вернуться в Дивеево и хотя бы немного пояснить то, что оставила без пояснений в предыдущей записи, Рождество Христово в Дивеево.

Вот мы вошли на территорию монастыря, и мои спутники, а двое из них уже бывали здесь, сразу устремились к главному храму, по которому весь комплекс и называется Свято-Троицким Серафимо-Дивеевским монастырем. Храм сооружен во Имя Пресвятой Троицы, и именно в нем почивает Батюшка Серафим.

Часы на колокольне, призрачно светившейся в полной уже мгле, показывали 17.40. На главной площади, там, где как бы сретаются два храма (какие и как, увидим при дневном свете), празднично сверкали елки.

Прошли сквозь эту мощную арку и оказались перед Свято-Троицким храмом. С трепетом зашли в него и оставались там до конца вечерней службы...

Лишь приехав сюда снова в великий день Рождества Христова, я смогла понять, что же проступало намеком сквозь тьму в первый, вечерний, приезд.

...

Вот он, Свято-Троицкий храм. Дважды нажав мышку, вы можете попутешествовать по его лицевой стороне...

...а потом по задней.

Храмы стоят здесь едва ли не впритык друг к другу, можно сказать, на крохотном пятачке. Вот из-за Свято-Троицкого храма выглядывает Преображенский...

Вот он, красавец.

А Казанский храм...

...мы видели совсем рядом с Троицким на второй и четвертой фотографиях.

Здесь не нужно доставать мобильник, чтобы посмотреть, сколько времени. Эти часы видны отовсюду. До вечерней службы оставалось чуть более полутора часов, а мне надо было еще успеть в третий раз пройти по Канавке.
Постскриптум: Ну вот, не отпускает меня батюшка Серафим! Только включила опцию «Опубликовать немедленно», как получаю от Любови Долгатовой ссылку на альбом Праздник преп.Серафима 15.01.2012! Советую посмотреть.
Я прекрасно понимаю, что снова писать сейчас о Дивееве не ко времени и даже, может быть, почти впустую, потому что у всех мысли устремлены уже к грядущему Богоявлению. Я бы и не возвращалась к этой теме, если бы не событие, которое произошло не далее, как в воскресенье, в день памяти преподобного Серафима Саровского. А дело было так:
За неделю до Нового года мне принесли почитать «Несвятые святые», и, наверное, последней из читателей этого блога
И вот 15-го днем я беру книгу – и она открывается... на развороте, где слева – такой знакомый силуэт колокольни, только обезглавленной, главки храма без крестов, и внизу надпись: «Дивеевский монастырь в 80-х годах»; а справа – название главы: «О самой прекрасной службе в моей жизни». А что за день был 15 января? День памяти преподобного Серафима, Саровского чудотворца.
«Опять у нее чудо!» – скажет кто-то. Ну что ж я могу поделать, если именно так и было. И, когда первый шок прошел, я стала думать, для чего же оно явлено, что за ним стоит. И, прочтя то, что сейчас процитирую, поняла...
«В советское время не было, пожалуй, более ужасающего символа разорения Русской Церкви, чем Дивеевский монастырь.
Эта обитель, основанная преподобным Серафимом Саровским, была превращена в страшные руины. Они возвышались над убогим советским райцентром, в который превратили некогда славный и радостный город Дивеево. Власти не стали уничтожать монастырь до конца. Они оставили развалины как мемориал своей победы, памятник вечного порабощения Церкви. У святых врат обители был водружен памятник вождю революции. С воздетой к небу рукой он встречал каждого приходящего в разоренный монастырь.
Все здесь говорило о том, что к прошлому возврата нет. Столь любимые всей православной Россией пророчества преподобного Серафима о великой судьбе Дивеевского монастыря, казалось, были навсегда попраны и осмеяны. нигде, ни в ближних, ни в дальних окрестностях Дивеева действующих храмов не осталось и в помине – все были разорены. А в некогда прославленном Саровском монастыре и в городе вокруг него располагался один из самых секретных и охраняемых объектов Советского Союза под названием "Арзамас-16". Здесь создавалось ядерное оружие».
Но вернемся к названию главы: «О самой прекрасной службе в моей жизни». В глухие советские 80-е автор, тогда еще послушник, сопровождает архимандрита Вонифатия в его поездке в Дивеево с целью причастить «старых монахинь, последних доживших до наших дней со времен еще той, дореволюционной обители». Вот что пишет архим. Тихон (Шевкунов) далее:
«Уже смеркалось, когда мы приближались к цели нашей поездки. За окном автомобиля в вихрях февральской вьюги я с волнением различал высокую колокольню без купола и остовы разрушенных храмов. Несмотря на столь скорбную картину я был поражен необыкновенной мощью и тайной силой этой великой обители. А еще – мыслью о том, что Дивеевский монастырь не погиб, но живет своей непостижимой для мира сокровенной жизнью.
Так и оказалось: в захудалой избе на окраине Дивеева я встретил такое, чего не мог вообразить даже в самых светлых мечтах. Я увидел Церковь, всегда побеждающую и несломленную, юную и радующуюся о своем Боге – Промыслителе и Спасителе. Именно здесь я начал пони мать великую силу дерзновенных слов апостола Павла: «Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе!
И еще: на самой прекрасной и незабываемой церковной службе в моей жизни я побывал не где-нибудь в великолепном кафедральном соборе, не в прославленном своей седой древностью храме , а в райцентре Дивееве, в доме № 16 по улице Лесной.
Точнее, это был даже не дом, а старая банька, приспособленная под жилье».
Вот для чего! И вы, я думаю, тоже поняли, для чего эта замечательная книга открылась именно в тот день и именно на этих страницах: чтобы те замечательные храмы, которые так радуют глаз сегодня, всем своим великолепием свидетельствовали нам о Тайной Силе, в них жившей и их возродившей.
Ну, а теперь хочу снова вернуться в Дивеево и хотя бы немного пояснить то, что оставила без пояснений в предыдущей записи, Рождество Христово в Дивеево.

Вот мы вошли на территорию монастыря, и мои спутники, а двое из них уже бывали здесь, сразу устремились к главному храму, по которому весь комплекс и называется Свято-Троицким Серафимо-Дивеевским монастырем. Храм сооружен во Имя Пресвятой Троицы, и именно в нем почивает Батюшка Серафим.

Часы на колокольне, призрачно светившейся в полной уже мгле, показывали 17.40. На главной площади, там, где как бы сретаются два храма (какие и как, увидим при дневном свете), празднично сверкали елки.

Прошли сквозь эту мощную арку и оказались перед Свято-Троицким храмом. С трепетом зашли в него и оставались там до конца вечерней службы...

Лишь приехав сюда снова в великий день Рождества Христова, я смогла понять, что же проступало намеком сквозь тьму в первый, вечерний, приезд.

...

Вот он, Свято-Троицкий храм. Дважды нажав мышку, вы можете попутешествовать по его лицевой стороне...

...а потом по задней.

Храмы стоят здесь едва ли не впритык друг к другу, можно сказать, на крохотном пятачке. Вот из-за Свято-Троицкого храма выглядывает Преображенский...

Вот он, красавец.

А Казанский храм...

...мы видели совсем рядом с Троицким на второй и четвертой фотографиях.

Здесь не нужно доставать мобильник, чтобы посмотреть, сколько времени. Эти часы видны отовсюду. До вечерней службы оставалось чуть более полутора часов, а мне надо было еще успеть в третий раз пройти по Канавке.
Постскриптум: Ну вот, не отпускает меня батюшка Серафим! Только включила опцию «Опубликовать немедленно», как получаю от Любови Долгатовой ссылку на альбом Праздник преп.Серафима 15.01.2012! Советую посмотреть.
