Псалтирь
Немного о великом псалмопевце и царе Давиде...
Младший сын многодетного отца, пастух, ставший царем и превративший племенной народ в крепкое религиозное государство... В Священном Писании имя Давид принадлежит только ему, что подчеркивает уникальность и масштабность этой великой личности Израиля. Иудей мог сказать: наш сын из рода Давидова – и это было честью. Дерзнуть: имя нашего сына – как у великого царя, мы его так же назвали – было бы непозволительной наглостью.
В Новом Завете мы находим 58 ссылок на Давида, включая часто повторяющийся (и, кстати, сам за себя говорящий) титул Иисуса Христа: «Сын Давидов».
Давид был младшим из восьми братьев. Он был пастухом, но с юности отличался смелостью и мудростью.
Промыслом Божиим именно на Давида было указано первому Израильскому царю Саулу, который искал себе преемника. Давид стал служить Саулу; он развлекал впавшего в меланхолию царя игрой на псалтири, древнем музыкальном инструменте, похожем на сегодняшнюю небольшую арфу.
В это время на евреев нападают язычники, народ филистямлян. Об этом мы можем прочитать в 1-й книге Царств. Войско филистимлян казалось несокрушимым, и особенно в нем выделялся богатырь по имени Голиаф.
И тогда Давид говорит Саулу, что он пойдет и сразится с этим великаном. Далее цитирую семнадцатую главу 1-й книги Царств:
И сказал Саул Давиду: не можешь ты идти против этого Филистимлянина, чтобы сразиться с ним, ибо ты еще юноша, а он воин от юности своей. И сказал Давид Саулу: раб твой пас овец у отца своего, и когда, бывало, приходил лев или медведь и уносил овцу из стада, то я гнался за ним и нападал на него и отнимал из пасти его; а если он бросался на меня, то я брал его за космы и поражал его и умерщвлял его; и льва и медведя убивал раб твой, и с этим Филистимлянином необрезанным будет то же, что с ними, потому что так поносит воинство Бога живаго…
И сказал Саул Давиду: иди, и да будет Господь с тобою. И одел Саул Давида в свои одежды, и возложил на голову его медный шлем, и надел на него броню. И опоясался Давид мечом его сверх одежды и начал ходить, ибо не привык к такому вооружению; потом сказал Давид Саулу: я не могу ходить в этом, я не привык. И снял Давид все это с себя. И взял посох свой в руку свою, и выбрал себе пять гладких камней из ручья, и положил их в пастушескую сумку, которая была с ним; и с сумкою и с пращею в руке своей выступил против Филистимлянина.
Выступил и Филистимлянин, идя и приближаясь к Давиду, и оруженосец шел впереди его. И взглянул Филистимлянин и, увидев Давида, с презрением посмотрел на него, ибо он был молод, белокур и красив лицем. И сказал Филистимлянин Давиду: что ты идешь на меня с палкою и с камнями? разве я собака? И сказал Давид: нет, но хуже собаки. И проклял Филистимлянин Давида своими богами. И сказал Филистимлянин Давиду: подойди ко мне, и я отдам тело твое птицам небесным и зверям полевым. А Давид отвечал Филистимлянину: ты идешь против меня с мечом и копьем и щитом, а я иду против тебя во имя Господа Саваофа, Бога воинств Израильских, которые ты поносил; ныне предаст тебя Господь в руку мою, и я убью тебя, и сниму с тебя голову твою, и отдам труп твой и трупы войска Филистимского птицам небесным и зверям земным, и узнает вся земля, что есть Бог в Израиле; и узнает весь этот сонм, что не мечом и копьем спасает Господь, ибо это война Господа, и Он предаст вас в руки наши.
Когда Филистимлянин поднялся и стал подходить и приближаться навстречу Давиду, Давид поспешно побежал к строю навстречу Филистимлянину. И опустил Давид руку свою в сумку и взял оттуда камень, и бросил из пращи и поразил Филистимлянина в лоб, так что камень вонзился в лоб его, и он упал лицем на землю. Так одолел Давид Филистимлянина пращею и камнем, и поразил Филистимлянина и убил его; меча же не было в руках Давида.
Тогда Давид подбежал и, наступив на Филистимлянина, взял меч его и вынул его из ножен, ударил его и отсек им голову его; Филистимляне, увидев, что силач их умер, побежали. И поднялись мужи Израильские и Иудейские, и воскликнули и гнали Филистимлян до входа в долину и до ворот Аккарона… И возвратились сыны Израилевы из погони за Филистимлянами и разграбили стан их. И взял Давид голову Филистимлянина и отнес ее в Иерусалим, а оружие его положил в шатре своем.
Когда Давид возвращался с поля боя, женщины, приветствуя миловидного юношу, пели: «Саул победил тысячи, а Давид – десятки тысяч».
Триумфальная победа Давида, с одной стороны, возвысила его в глазах еврейской аристократии и старейшин, с другой же стороны привела к ревнивой зависти царя Саула. Парадокс ситуации заключался и в том, что Саул еще раньше обещал победителю филистимлян отдать в жены свою дочь. Победа Давида сделала его женихом дочери Саула и… претендентом на царский престол.
Отношение Саула к Давиду резко меняется. Он пытается убить Давида, выдает за него другую дочь, Мелхолу, еще и еще замышляет планы истребления храброго юноши.
Этот период жизни Давида едва ли можно назвать благополучным. Давид спасается от тестя в пещерах, в горах, он собирает какое-никакое, но все же свое войско. Народ понимает: Давид – законный преемник царского трона, Саул – противится этому, как может...
После смерти Саула Давид был помазан на царство и обосновался в Хевроне. Тогда ему было 30 лет.
Следующие 7 лет Давид боролся с придворными Саула, которые не могли допустить, чтобы Израильским царем стал их враг Давид.
Однако Давид одолел врагов и был помазан в Хевроне на царство над всеми 12 коленами Израилевыми. Столица была перенесена им из Хеврона в Иерусалим. Здесь, в Иерусалиме, начинается новый, 33-летний, этап жизни Давида. Он – царь Израиля.
Маленький богоизбранный народ, по сути, племя, заявляет себя, если можно так сказать, на политической арене. Давид побеждает все государства, объявившие ему войну. Шаг за шагом он идет к цели: сфера влияния Израиля простирается от Египта до Верхнего Евфрата, Израиль становится авторитетным, признанным государством.
В стране возводятся дворцы, строятся дороги, открыты торговые пути.
Но не внешнее, политическое и экономическое, процветание волновало сердце Давида. Он хочет, чтобы Израиль стал перед лицом всего мира религиозной столицей. Все народы земли, мечтал Давид, должны преклониться Единому Богу. Наступает конец многобожию, языческим культам, человеческим жертвоприношениям и обожествлению стихий и космических сил.
Стремясь придать новой столице – Иерусалиму – статус действительной религиозной столицы, Давид переносит Ковчег Завета, в котором находились скрижали с Заповедями Божиими, из Кириаф-Иарима в Иерусалим.
Специально для этого в городе строится великолепная палатка-скиния. Позже сын Давида – премудрый царь Соломон – на этом месте выстроит Иерусалимский Храм.
Бог знает, что в это время чувствовал, чем жил царь Давид, однако он оступается. Он совершает серьезный грех.
Напомню, что у царей того времени были гаремы (гаремы с многочисленными женами подчеркивали в духе того времени высокий статус царей). В этих гаремах могло проживать до нескольких сотен жен. Кроме этого, всякую понравившуюся девушку царь мог взять себе в гарем. Девушку – но отнюдь не замужнюю женщину.
С Давидом и произошла как раз подобная духовная катастрофа. Грех Давида, именующийся в Библии «злом в очах Господа» (2 Цар. 11, 27), состоял в том, что он возжелал получить себе в жены прекрасную Вирсавию, жену своего военачальника Урия. Полюбив Вирсавию, Давид послал на смерть ее мужа. Урия был убит, Давид смог официально жениться на молодой женщине.
Через некоторое время любимая жена Вирсавия родила ребенка, Давид блаженствовал. Однажды он отдыхал на своем балконе и вдруг увидел, как к нему приближается бродячий пророк по имени Нафан. Нафан, поклонившись, предложил государю притчу.
Давид согласился и приготовился слушать.
И тут он слышит притчу о некоем жестоком господине, у которого были тучные стада из тысяч овец. И этот господин, одержимый жадностью, забрал еще и последнюю овечку у некоего знакомого бедняка. «Негодяй!» – вскричал Давид, дослушав историю.
«Это ты, – ответил ему Нафан. – Ты, со своим гаремом, не пощадил любимой жены преданного тебе военачальника. Ты убил военачальника, ты забрал у бедняка последнюю овцу».
Эти слова, будь они сказаны любому другому ближневосточному царю, думаю, вызвали бы у тирана смех. Но Давид был не из таких. В отчаянии упал он на землю. Давид, человек духовно чуткий, понял, что он сотворил нечто, в чем каяться ему придется всю жизнь...
Почитаем текст Священного Писания:
И поразил Господь дитя, которое родила жена Урии Давиду, и оно заболело. И молился Давид Богу о младенце, и постился Давид, и, уединившись, провел ночь, лежа на земле. И вошли к нему старейшины дома его, чтобы поднять его с земли; но он не хотел, и не ел с ними хлеба. На седьмой день дитя умерло, и слуги Давидовы боялись донести ему, что умер младенец; ибо, говорили они, когда дитя было еще живо, и мы уговаривали его, и он не слушал голоса нашего, как же мы скажем ему: «умерло дитя»? Он сделает что-нибудь худое. И увидел Давид, что слуги его перешептываются между собою, и понял Давид, что дитя умерло, и спросил Давид слуг своих: умерло дитя? И сказали: умерло... (2 Царств. 12 глава)
Давид понял, что Господь оставил его в живых, но взял его младенца, невинное дитя.
Порой спрашивают: почему вместо Давида обязательно должен был умереть ребенок? В соответствии с богоданным законом: око за око, зуб за зуб, жизнь за жизнь. Всякий проливший невинную кровь должен пролить свою кровь.
Кажущееся диким такое положение дел, возможно, было единственным фактором, как-то сдерживающим агрессию людей библейского времени. Да и сегодня у многих представителей «повзрослевшего» человечества если и есть какие-то сдерживающие факторы, то это боязнь уголовного наказания.
Впрочем, гораздо важнее для нас другой момент, на который нельзя не обратить внимания, знакомясь с жизнью царя Давида. Это сила его покаяния. Однажды согрешив, Давид сделал верные выводы и потом всю жизнь оплакивал свой грех. Не так ли должны и мы поступать?
P.S. Но мне не хотелось бы заканчивать этот краткий очерк на такой печальной ноте. В жизни Давида, как и в жизни всякого другого человека, были моменты покаяния, были и моменты радости и утешения. Господь, протягивающий нам руку, как бы низко мы ни пали, протянул руку и Давиду.
Дочитаем 12-ю главу 2-й книги Царств: И утешил Давид Вирсавию, жену свою, и вошел к ней и спал с нею; и она зачала и родила сына, и нарекла ему имя: Соломон. И Господь возлюбил его.
Родился сын, который некогда станет великим мудрецом, самого Давида Господь прославит в лике святых, его имя навеки станет символом и для христиан, и для иудеев, и даже для мусульман... Но Давид этого не знает. Он знает, что должен помнить о своем грехе, оплакивать его и надеяться на милость.

Здесь мы видим молодого Давида в самом расцвете физических сил. Таким он выступил в схватку с Голиафом.
Флоренция. Давид работы Микельанжело. Статуя создана в 1504 году. Впоследствии для сохранности оригинал был перенесен с этого места в Галерею Академии Искусств во Флоренции, а на площади поставили точную копию.

Давид сражается с Голиафом
Современный рисунок. В детских книгах чаще всего Давид изображается хрупким юношей перед невообразимым гигантом.

Давид с головой поверженного Голиафа.
Караваджо. 1610 г.

Вот таким, возможно, и был настоящий Давид в зрелые годы.
Царь Давид. Герриг ван Хонтхорст. 1611 г.

Вместо мощи, царственности древнерусская икона подчеркивает молитвенно-созерцательную сторону характера царя Давида.

Мы видим беседу Давида с обличающим его пророком Нафаном.
Покаяние Давида. Парижская Псалтирь 10-го века.

Царь Давид на склоне лет.
Мне очень нравится эта картина, подчеркивающая мудрую старость библейского героя. Отметьте деталь: обруч царской короны снят и практически брошен. Это ли главное в жизни?..
Фредерик Лейтон. Царь Давид. 1868. «И я сказал: кто дал бы мне крылья, как у голубя?..» (Пс. 54, 7)
Немного о великом псалмопевце и царе Давиде...
Младший сын многодетного отца, пастух, ставший царем и превративший племенной народ в крепкое религиозное государство... В Священном Писании имя Давид принадлежит только ему, что подчеркивает уникальность и масштабность этой великой личности Израиля. Иудей мог сказать: наш сын из рода Давидова – и это было честью. Дерзнуть: имя нашего сына – как у великого царя, мы его так же назвали – было бы непозволительной наглостью.
В Новом Завете мы находим 58 ссылок на Давида, включая часто повторяющийся (и, кстати, сам за себя говорящий) титул Иисуса Христа: «Сын Давидов».
Давид был младшим из восьми братьев. Он был пастухом, но с юности отличался смелостью и мудростью.
Промыслом Божиим именно на Давида было указано первому Израильскому царю Саулу, который искал себе преемника. Давид стал служить Саулу; он развлекал впавшего в меланхолию царя игрой на псалтири, древнем музыкальном инструменте, похожем на сегодняшнюю небольшую арфу.
В это время на евреев нападают язычники, народ филистямлян. Об этом мы можем прочитать в 1-й книге Царств. Войско филистимлян казалось несокрушимым, и особенно в нем выделялся богатырь по имени Голиаф.
И тогда Давид говорит Саулу, что он пойдет и сразится с этим великаном. Далее цитирую семнадцатую главу 1-й книги Царств:
И сказал Саул Давиду: не можешь ты идти против этого Филистимлянина, чтобы сразиться с ним, ибо ты еще юноша, а он воин от юности своей. И сказал Давид Саулу: раб твой пас овец у отца своего, и когда, бывало, приходил лев или медведь и уносил овцу из стада, то я гнался за ним и нападал на него и отнимал из пасти его; а если он бросался на меня, то я брал его за космы и поражал его и умерщвлял его; и льва и медведя убивал раб твой, и с этим Филистимлянином необрезанным будет то же, что с ними, потому что так поносит воинство Бога живаго…
И сказал Саул Давиду: иди, и да будет Господь с тобою. И одел Саул Давида в свои одежды, и возложил на голову его медный шлем, и надел на него броню. И опоясался Давид мечом его сверх одежды и начал ходить, ибо не привык к такому вооружению; потом сказал Давид Саулу: я не могу ходить в этом, я не привык. И снял Давид все это с себя. И взял посох свой в руку свою, и выбрал себе пять гладких камней из ручья, и положил их в пастушескую сумку, которая была с ним; и с сумкою и с пращею в руке своей выступил против Филистимлянина.
Выступил и Филистимлянин, идя и приближаясь к Давиду, и оруженосец шел впереди его. И взглянул Филистимлянин и, увидев Давида, с презрением посмотрел на него, ибо он был молод, белокур и красив лицем. И сказал Филистимлянин Давиду: что ты идешь на меня с палкою и с камнями? разве я собака? И сказал Давид: нет, но хуже собаки. И проклял Филистимлянин Давида своими богами. И сказал Филистимлянин Давиду: подойди ко мне, и я отдам тело твое птицам небесным и зверям полевым. А Давид отвечал Филистимлянину: ты идешь против меня с мечом и копьем и щитом, а я иду против тебя во имя Господа Саваофа, Бога воинств Израильских, которые ты поносил; ныне предаст тебя Господь в руку мою, и я убью тебя, и сниму с тебя голову твою, и отдам труп твой и трупы войска Филистимского птицам небесным и зверям земным, и узнает вся земля, что есть Бог в Израиле; и узнает весь этот сонм, что не мечом и копьем спасает Господь, ибо это война Господа, и Он предаст вас в руки наши.
Когда Филистимлянин поднялся и стал подходить и приближаться навстречу Давиду, Давид поспешно побежал к строю навстречу Филистимлянину. И опустил Давид руку свою в сумку и взял оттуда камень, и бросил из пращи и поразил Филистимлянина в лоб, так что камень вонзился в лоб его, и он упал лицем на землю. Так одолел Давид Филистимлянина пращею и камнем, и поразил Филистимлянина и убил его; меча же не было в руках Давида.
Тогда Давид подбежал и, наступив на Филистимлянина, взял меч его и вынул его из ножен, ударил его и отсек им голову его; Филистимляне, увидев, что силач их умер, побежали. И поднялись мужи Израильские и Иудейские, и воскликнули и гнали Филистимлян до входа в долину и до ворот Аккарона… И возвратились сыны Израилевы из погони за Филистимлянами и разграбили стан их. И взял Давид голову Филистимлянина и отнес ее в Иерусалим, а оружие его положил в шатре своем.
Когда Давид возвращался с поля боя, женщины, приветствуя миловидного юношу, пели: «Саул победил тысячи, а Давид – десятки тысяч».
Триумфальная победа Давида, с одной стороны, возвысила его в глазах еврейской аристократии и старейшин, с другой же стороны привела к ревнивой зависти царя Саула. Парадокс ситуации заключался и в том, что Саул еще раньше обещал победителю филистимлян отдать в жены свою дочь. Победа Давида сделала его женихом дочери Саула и… претендентом на царский престол.
Отношение Саула к Давиду резко меняется. Он пытается убить Давида, выдает за него другую дочь, Мелхолу, еще и еще замышляет планы истребления храброго юноши.
Этот период жизни Давида едва ли можно назвать благополучным. Давид спасается от тестя в пещерах, в горах, он собирает какое-никакое, но все же свое войско. Народ понимает: Давид – законный преемник царского трона, Саул – противится этому, как может...
После смерти Саула Давид был помазан на царство и обосновался в Хевроне. Тогда ему было 30 лет.
Следующие 7 лет Давид боролся с придворными Саула, которые не могли допустить, чтобы Израильским царем стал их враг Давид.
Однако Давид одолел врагов и был помазан в Хевроне на царство над всеми 12 коленами Израилевыми. Столица была перенесена им из Хеврона в Иерусалим. Здесь, в Иерусалиме, начинается новый, 33-летний, этап жизни Давида. Он – царь Израиля.
Маленький богоизбранный народ, по сути, племя, заявляет себя, если можно так сказать, на политической арене. Давид побеждает все государства, объявившие ему войну. Шаг за шагом он идет к цели: сфера влияния Израиля простирается от Египта до Верхнего Евфрата, Израиль становится авторитетным, признанным государством.
В стране возводятся дворцы, строятся дороги, открыты торговые пути.
Но не внешнее, политическое и экономическое, процветание волновало сердце Давида. Он хочет, чтобы Израиль стал перед лицом всего мира религиозной столицей. Все народы земли, мечтал Давид, должны преклониться Единому Богу. Наступает конец многобожию, языческим культам, человеческим жертвоприношениям и обожествлению стихий и космических сил.
Стремясь придать новой столице – Иерусалиму – статус действительной религиозной столицы, Давид переносит Ковчег Завета, в котором находились скрижали с Заповедями Божиими, из Кириаф-Иарима в Иерусалим.
Специально для этого в городе строится великолепная палатка-скиния. Позже сын Давида – премудрый царь Соломон – на этом месте выстроит Иерусалимский Храм.
Бог знает, что в это время чувствовал, чем жил царь Давид, однако он оступается. Он совершает серьезный грех.
Напомню, что у царей того времени были гаремы (гаремы с многочисленными женами подчеркивали в духе того времени высокий статус царей). В этих гаремах могло проживать до нескольких сотен жен. Кроме этого, всякую понравившуюся девушку царь мог взять себе в гарем. Девушку – но отнюдь не замужнюю женщину.
С Давидом и произошла как раз подобная духовная катастрофа. Грех Давида, именующийся в Библии «злом в очах Господа» (2 Цар. 11, 27), состоял в том, что он возжелал получить себе в жены прекрасную Вирсавию, жену своего военачальника Урия. Полюбив Вирсавию, Давид послал на смерть ее мужа. Урия был убит, Давид смог официально жениться на молодой женщине.
Через некоторое время любимая жена Вирсавия родила ребенка, Давид блаженствовал. Однажды он отдыхал на своем балконе и вдруг увидел, как к нему приближается бродячий пророк по имени Нафан. Нафан, поклонившись, предложил государю притчу.
Давид согласился и приготовился слушать.
И тут он слышит притчу о некоем жестоком господине, у которого были тучные стада из тысяч овец. И этот господин, одержимый жадностью, забрал еще и последнюю овечку у некоего знакомого бедняка. «Негодяй!» – вскричал Давид, дослушав историю.
«Это ты, – ответил ему Нафан. – Ты, со своим гаремом, не пощадил любимой жены преданного тебе военачальника. Ты убил военачальника, ты забрал у бедняка последнюю овцу».
Эти слова, будь они сказаны любому другому ближневосточному царю, думаю, вызвали бы у тирана смех. Но Давид был не из таких. В отчаянии упал он на землю. Давид, человек духовно чуткий, понял, что он сотворил нечто, в чем каяться ему придется всю жизнь...
Почитаем текст Священного Писания:
И поразил Господь дитя, которое родила жена Урии Давиду, и оно заболело. И молился Давид Богу о младенце, и постился Давид, и, уединившись, провел ночь, лежа на земле. И вошли к нему старейшины дома его, чтобы поднять его с земли; но он не хотел, и не ел с ними хлеба. На седьмой день дитя умерло, и слуги Давидовы боялись донести ему, что умер младенец; ибо, говорили они, когда дитя было еще живо, и мы уговаривали его, и он не слушал голоса нашего, как же мы скажем ему: «умерло дитя»? Он сделает что-нибудь худое. И увидел Давид, что слуги его перешептываются между собою, и понял Давид, что дитя умерло, и спросил Давид слуг своих: умерло дитя? И сказали: умерло... (2 Царств. 12 глава)
Давид понял, что Господь оставил его в живых, но взял его младенца, невинное дитя.
Порой спрашивают: почему вместо Давида обязательно должен был умереть ребенок? В соответствии с богоданным законом: око за око, зуб за зуб, жизнь за жизнь. Всякий проливший невинную кровь должен пролить свою кровь.
Кажущееся диким такое положение дел, возможно, было единственным фактором, как-то сдерживающим агрессию людей библейского времени. Да и сегодня у многих представителей «повзрослевшего» человечества если и есть какие-то сдерживающие факторы, то это боязнь уголовного наказания.
Впрочем, гораздо важнее для нас другой момент, на который нельзя не обратить внимания, знакомясь с жизнью царя Давида. Это сила его покаяния. Однажды согрешив, Давид сделал верные выводы и потом всю жизнь оплакивал свой грех. Не так ли должны и мы поступать?
P.S. Но мне не хотелось бы заканчивать этот краткий очерк на такой печальной ноте. В жизни Давида, как и в жизни всякого другого человека, были моменты покаяния, были и моменты радости и утешения. Господь, протягивающий нам руку, как бы низко мы ни пали, протянул руку и Давиду.
Дочитаем 12-ю главу 2-й книги Царств: И утешил Давид Вирсавию, жену свою, и вошел к ней и спал с нею; и она зачала и родила сына, и нарекла ему имя: Соломон. И Господь возлюбил его.
Родился сын, который некогда станет великим мудрецом, самого Давида Господь прославит в лике святых, его имя навеки станет символом и для христиан, и для иудеев, и даже для мусульман... Но Давид этого не знает. Он знает, что должен помнить о своем грехе, оплакивать его и надеяться на милость.

Здесь мы видим молодого Давида в самом расцвете физических сил. Таким он выступил в схватку с Голиафом.
Флоренция. Давид работы Микельанжело. Статуя создана в 1504 году. Впоследствии для сохранности оригинал был перенесен с этого места в Галерею Академии Искусств во Флоренции, а на площади поставили точную копию.

Давид сражается с Голиафом
Современный рисунок. В детских книгах чаще всего Давид изображается хрупким юношей перед невообразимым гигантом.

Давид с головой поверженного Голиафа.
Караваджо. 1610 г.

Вот таким, возможно, и был настоящий Давид в зрелые годы.
Царь Давид. Герриг ван Хонтхорст. 1611 г.

Вместо мощи, царственности древнерусская икона подчеркивает молитвенно-созерцательную сторону характера царя Давида.

Мы видим беседу Давида с обличающим его пророком Нафаном.
Покаяние Давида. Парижская Псалтирь 10-го века.

Царь Давид на склоне лет.
Мне очень нравится эта картина, подчеркивающая мудрую старость библейского героя. Отметьте деталь: обруч царской короны снят и практически брошен. Это ли главное в жизни?..
Фредерик Лейтон. Царь Давид. 1868. «И я сказал: кто дал бы мне крылья, как у голубя?..» (Пс. 54, 7)