Приобрести в себя Царство, это и есть стяжать Духа Святого. Это цель христианской жизни. Если бы это было несбыточной целью, а значит мечтой, то святые отцы так определенно об этом ни говорили бы.
Сами мы ничего стяжать не можем, это призвание. Стяжание, это не чтение дух. литературы и не разглагольствование на инт. форуме в мягком кресле , а вполне определенное аскетическое действие. Пример прп. Серафима Саровского Вам в помощь. Пятнадцать лет затворничества, тысяча дней и ночей молитвы на камне и пр. Это первое.
А второе, для меня как живущей в миру, имеющей семью и работу, такое подвижнечество невозможно. Ведь для такого подвига есть определенные условия, основное - оставить мир. Но если все оставят и пойдут в монахи и святые, кто тогда будет плодиться и размножаться? Вы Валерий, идеалист.
"Струю
давай мне слезам, Пречистая, души моея скверну очищающи.
... Просвети очи мои, Христе Боже, да не когда
усну в смерть, да не когда речет враг мой
... Богородице, приими недостойную
молитву мою и сохрани мя от наглыя
смерти, и даруй ми
прежде конца
покаяние."
Нигде мы, православные, не молимся Господу, - дай мне прежде конца стяжать Духа Святого. Для этого и жертва Христа, что не могут люди, за редким исключением, взойти на последнюю ступень всей Лествицы Духовной.
Стяжание Духа Святаго не есть самоцель, а есть следствие. Об этом вообще лучше не думать нам, мирянам и не зацикливаться.
Святые отцы-подвижники выше всего в духовной жизни ставят «рассуждение».
http://azbyka.ru/dictionary/16/O_rassuzhdenii.shtml
Когда нет духовного рассуждения, то всякое доброделание подвергается опасности быть бесплодным для нашего спасения. ..Видал я прельщенных, носивших тяжелые вериги, изнурявших себя постом, полагавших не одну тысячу поклонов в сутки, читавших грешные помыслы в чужой душе и обличавших их и, наконец, на воздух поднимавшихся во время молитвы...
И – увы! Все таковые находились в прелести бесовской, в самом погибельном состоянии, все они были заражены духовною гордостью и находились во власти сатаны, все забывали, что в очах Божьих смиренный грешник, охаивающий свои грехи, неизмеримо выше всякого гордого праведника, любующегося на свои добродетели.