какое место в нашей вере есть у кино и художественной литературы
Вы задаетесь весьма занятным вопросом, друг мой!
...Мне вспоминается моя недавняя работа над оцифровкой отчетов православного епископа в Священный Синод. Этим бюрократическим памятникам уже больше века, и в них епископ Никодим многократно осуждал увлечение светских прихожан театрами.
Памятуя о том, что Русская Православная Церковь, в первую очередь, монашеская и, кроме того, сто лет назад была все еще терзаема последствиями раскола, усугубившегося тем сильнее, чем больше светское население становилось грамотным и, оттого, свободомыслящим, нетрудно понять епископа Никодима в его осуждении массовой культуры.
Трудно другое: понять, отчего современный человек, в эпоху растущих возможностей для развития своего ума и чувств, все еще допускает мысль о греховности предметов культуры и искусства. Ведь эти предметы определенно ни в чем не виноваты, и потому не делают грешным читателя или зрителя.
Грешным человека делает ущербность его собственного восприятия действительности. Ощущая это, буквально, на своей коже, на кончиках пальцев, в самом воздухе, каким дышит, человек стремится в одиночестве разработать некие "принципы" - признаки, по которым он сможет отделить греховное от праведного и выбрать, как он надеется, последнее.
какой взгляд (условно говоря, догмат) имеет наша православная церковь
И вот именно здесь вы интуитивно и весьма точно указываете на основную проблему православной церкви - бездействие в вопросах поиска и, особенно, выражения реалистичной (оправданной современным положением вещей) позиции в отношении культуры, как массовой, так и индивидуальной. Те же действия и выражения, какие все же становятся достоянием простого верующего, к сожалению, имеют вычурную даже для ортодоксов форму, что, безусловно, доверия церкви не прибавляет.
можно "защитить" профессию актёров
Людей искусства не просто возможно, но и необходимо защитить. Я говорю о тех здравомыслящих артистах, художниках, авторах, которые воплощают правду, невозможную к объяснению иными способами - правду человеческих чувств, красоту эмоций, чистоту душевных течений, прямоту движения духа.
Я сожалею, что не могу ответить на ваш вопрос о том, какова же, на самом деле, действительная позиция церкви по этому вопросу. Прошу меня простить за незнание этого. При этом я нахожу ценным ваш собственный подход к решению этого вопроса для себя: критерий правды. В условиях неопределенности, захлестнувшей мир с развитием информационных технологий, всякая рабочая стратегия намного лучше, чем совсем никакая.
На минуту возвращаясь к искусству и актерству, еще раз смею подчеркнуть, что, несмотря на сильнейшие возможности кино и литературы управлять сознанием людей, несмотря на обилие манипуляторов и иных корыстных деятелей на этом поприще (сценаристов, продюсеров, заказных авторов), несмотря на безнравственную моду, порождающую не столько шедевры, сколько "франкенштейнов", настоящий артист всегда остается, в первую очередь, в контакте со своей эпохой, с действительностью и, главное, живыми людьми, не столько приносящими ему деньги за талант, сколько, наоборот, уносящими его талант в глубине сердец к теплу домашнего очага, к любопытным взорам своих детей, к утешению скупых слез на родительских сединах.
Да что тут говорить! Вы и сами все понимаете.