Ребят,вопрос по Иисусовой молитве. Когда размышляешь о вещах духовных или о добродетелях или о грехах или о чем подобном,и если во время размышления решаешь прочесть молитву Иисусову,с намерением что бы Бог показал- верны ли мысли или не верны, то после молитвы пропадает все размышление вообще и даже и забываешь ход самой мысли что была при размышлении. По этому эффекту четко просматривается действие имени Иисусова-в падшем уме и мысли не совсем чистые,а некоторые и с примесью бесовских-поэтому от имени Иисусова все и пропадает.Но вот вопрос-если так при размышлении начинать молится,то после молитвы то ум вообще пустой остается,а размышление то нужно. Нужно по простой причине-из него много чего рождается благого. Ну может совершенным это и не нужно-им одной молитвы хватает,но новоначальным то как без размышления то? Вот на притче может будет более понятна суть вопроса-
Брат сказал авве Пимену:
– Когда я подаю своему брату немного хлеба или чего другого, то демоны унижают мою милостыню, будто бы она подается из человекоугодия.
Старец отвечал ему:
– Хотя бы твоя милостыня подавалась из человекоугодия, но мы все же должны подавать нужное, - и рассказал ему следующую притчу:
– Два земледельца жили в одном месте. Один из них посеял и собрал немного хлеба, хотя и нечистого, а другой, поленившись сеять, не собрал ничего. В случае голода, кто из них будет иметь пропитание?
Брат отвечал:
– Тот, кто собрал немного хлеба, хотя и нечистого.
Старец сказал:
– Так будем же и мы сеять немного, хотя бы даже и нечистого, чтобы не умереть от голода.
Т.е. что хочу сказать-в размышлении хоть и нечистый хлеб,но все же есть и перебирая его(мысли) все равно хоть какие то благие выводы,но делаешь. Но если в это время начинать читать молитву Иисусову-вообще все забываешь и не остается вообще ничего-пустой ум. Или может просто во время размышления не стоит прибегать к молитве? Ну в смысле-размышлению-свое время,а молитве-свое. И не стоит во время размышления к молитве прибегать-иначе ничего из размышления вообще не извлечешь и даже и нечистого хлеба и того не будет.